Бывший муж, человек непредсказуемый и грубоватый, приезжает к нам довольно редко (мы расстались с ним полгода назад). На время его свиданий с нашей 7-летней дочерью я ухожу, чтобы у него не было повода раздражаться, а ребенок не видел наших натянутых отношений. Порой мне кажется, что дочка тоже чувствует происходящее и по-своему воспринимает ситуацию: от полного отторжения папы до построения грандиозных планов на совместное семейное будущее. Недавно он привез подарок, но дочка категорически отказалась общаться с ним. Меня обвинили в том, что я настраиваю ребенка против отца. А вскоре у нас с бывшим супругом состоялся случайный разговор, и он выразил желание единолично рассказать дочери о разводе и о том, что у него уже другая семья. Нужно ли говорить ребенку о нашем расставании или лучше продолжать держать его в неведении относительно складывающейся ситуации?

 
(Мария, Энгельс)

 

Читая Ваше письмо, вдруг понимаешь, что это не вопрос, а трудное рассуждение с самой собой, перенесенное на лист бумаги. И это рассуждение похоже на стремление создать ребенку иллюзию хороших отношений в семье. При этом ни одного из взрослых абсолютно не смущает тот факт, что целостность семьи была нарушена шесть (!) месяцев назад, и родители живут отдельно. Думается, что за этот период даже грудной младенец почувствует неладное, не говоря уже о семилетнем ребенке.
Какие шаги необходимо сейчас предпринять?
1.Честно признайтесь себе, что в сложившейся ситуации только вы, родители, пытаетесь себя обманывать и успокаивать. Хорошо, что Вы стремитесь сохранить видимость хороших отношений. Плохо лишь то, что делаете это лишь за счет недопонимания ребенком всей ситуации.
2.Вы пишете: «на время их свиданий с дочерью я ухожу, чтобы у него не было повода раздражаться, а ребенок не видел наших натянутых отношений» и вдруг удивляетесь тому, что папа привез подарок, но дочка категорически отказалась общаться с отцом. Судя по всему, последствия Вашей своеобразной тактичности («уйти», «не мешать», «не раздражать» и пр.) будут и дальше нарастать. Игра «по умолчанию», правила для которой придуманы взрослыми, непонятны и неприемлемы для ребенка («дочка тоже чувствует происходящее и по-своему принимает ситуацию»). Ее поведение – протест против «благородной лжи». И пока это происходит, члены Вашей семьи постепенно равноудаляются друг от друга: теряются не только отношения отца и дочери, жены и мужа, теряется и ваша способность контролировать ситуацию, находить с ребенком общий язык.
3.Из письма становится понятно, что бывший супруг не стремится поддерживать с Вами нормальные отношения, и, всячески отсекая Вас, воспринимает ребенка как свою собственность, как еще одну «медаль» на своей груди. В итоге, все промахи в ее воспитании и поведении он будет склонен приписывать Вам, успехи - себе (хотя, исходя из Вашего письма, в последнее время он практически не участвует в ее жизни).
4.Изначально неправильно выбран и способ извещения ребенка о распаде семьи («он выразил желание единолично рассказать дочери о нашем разводе и о том, что у него уже другая семья»). Будет лучше, если в разговоре с дочкой будут участвовать оба родителя. Все детали разговора и возможную реакцию ребенка следует заранее проанализировать. Ведь этот разговор должен не только смягчить психологическую травму, но и подарить ребенку надежду на хороший исход (как в доброй сказке). Попросите бывшего мужа на время разговора исключить из своего лексикона жаргонизмы и неуместные обороты.
5.Если Вы не уверены в дипломатических качествах своего бывшего мужа, тогда постарайтесь поговорить с ребенком о разводе сами (в одном из предыдущих ответов я приводил примерную схему построения такого общения). Говорить об этом нужно по двум причинам: во-первых, чтобы смягчить для ребенка возможный стресс от разговора с отцом, а во-вторых, чтобы восстановить у дочери доверие … к родителям. Ведь получается, что вы – взрослые – не доверяете своему ребенку и считаете дочь неспособной к пониманию ситуации.
6.И последнее – срочно обратитесь к семейному (или детскому психологу). Не исключено, что Вашему ребенку уже требуется серьезная помощь психолога или психотерапевта.